15:59 

1.

1
1209 г. н.э.
Тулузское графство
Поместье Де Рафурсе

- Анри, ты сегодня поедешь в город? – тетушка Франка разрушила мой сладкий сон. Пришлось вставать и выглядывать в окно. Полненькая и розовощекая Франка суетилась во дворе. Свежий январский ветер ударил в лицо. Захотелось завалиться на кровать и забыть об остальном мире. Но в столице стало не спокойно. А зимой, когда крестьяне запираются в своих деревнях, когда торговля почти останавливается, когда Гаррона покрывается льдом, самое время для политических игр. Одно радует - зимой не будет военных действий и наша маленькая крепость, надеюсь, простоит до весны. Зимой вообще не воюют. Но зимой убивают. В прошлом январе пасынок катаров и верный друг Раймонда VI убил папского легата. Простенькое такое объявление войны. Хотя альбигойцы правы – лучше войну устроить сейчас. Сейчас Филипп II занят войной с Англией и ему не выгодно воевать на два фронта. Такое оскорбление, да еще и не отвеченное, сильно пошатнет власть церкви. Больше всего жалко во всей этой коллизии только Раймонда. Его используют в хвост и гриву. Даже за убийство папского легата принес покаяние. Вон его сынок, наказание старикам, Раймонд VII чувствую так просто себя гонять не даст.
Что-то я задумался. Быстро влез в штаны и надел куртку. Франка подготовила вчера мне чистую сорочку, но я опять забыл куда она их обычно кладет.
В этой маленькой крепости или по другому поместье Де Рафурсе живут четверо человек. Франка, месье Блак Де Рафурсе или точнее monsieur Блак Де Рафурсе и начальник нашей стражи Горно. Ну и конечно же я! Как я себя забыть то мог… Вот такая маленькая семья получилась в нынешнее неспокойное время. Два мага, хозяйка и воин. Рядом неспокойная Тулуза, повсюду катары и прихвостни папы Иннокентия III. На горизонте маячат крестоносцы. Уже год в нашей небольшой крепости идет обсуждение – не сматывать ли нам удочки.
Горно вчера поехал в Тулузу за провизией и должен был сегодня с утра вернуться. Но утром меня разбудил веселый голос Франки, а не хриплый бас Горно. Франка встревожена. Я её понимаю, в большом городе с вспыльчивым характером Горно могло случиться что угодно. Месье Блак месяц назад уехал в Сент-Этьен, закупать для наших опытов нужные ингредиенты. По моим расчетам на этой недели можно будет ждать его возращения. И будет совсем обидно, если с Горно что-нибудь случится. Блак снимет голову одному незадачливому магу в целях воспитательных работ.
Я непроизвольно потер шею и присел за стол. Франка сняла с печи утварь и поставила рядом со мной. Быстро соорудив завтрак, я принял список покупок.
- Первым делом поищи Горно. Спроси в лавке Белле, если там он не был загляни к этой свинье Кошону. Дальше сам смотри. Потом закупись и быстро возвращайся. Не оставайся там до закрытия ворот. – Франка потерла руки и постаралась мне улыбнутся.
- Франка, за кого ты меня принимаешь? Мне же не шестнадцать лет. Справлюсь. Если Блак вернется сегодня, скажи чтобы зашел в мою лабораторию. У меня для него подарок. Я уверен - с Горно все в порядке. Не переживай так. На тебе лица нет.

Забрал вторую телегу и со вздохом вывел запрягать Громкого. Две вещи не любит мой конь: телеги и снег. Потрепал по холке коня, сел на козлы. Я направился к утоптанной дороги вдоль реки Тарн. Не хотелось бы застрять в снегу не дойдя до дороги. Благо ветра с утра не было и снег не идет. Громкий жалобно ржал и то и дело косился на меня.
- Не смотри так на меня! Еще три часа и будем у Тулузы, а дальше теплая конюшня и много овса. Нам еще Горно искать. Лучше поторопись! Быстрее доедим.
Громкий ржанул еще раз и ускорил ход.
- А еще Юг Франции..Какой Юг?! Это третий круг Ада! Лучше бы уехали на Корсику. Вива Италия! Готов кричать хоть сейчас. Там сейчас тепло, уютно и много итальяшек. Пизанская республика чтоб её. Ну почему, почему Блак питает слабость к Франции. Хотя он прав, на небольшой Корсике скрыться от притязаний церкви будет куда как труднее.
Громкий покосился на меня, но смолчал. И правильно, со скорбными нужно вести себя тихо. А именно таким себе сейчас и кажусь.
Впереди показался Монтобан, от которого час езды до Тулузы. На дороге стали появляться крестьяне, бредущие кто в город, кто из города. Речка Тарн, показавшиеся высохшим ручейком подо льдом, заворачивала налево, а мне нужно было направо дальше к Тулузе.
Пряча руки под куртку, я мог приговаривать только: «Feu, feu, feu, feu…». Без должной концентрации огня у меня не получилось, зато тело согрелось. Сняв рукавицу, я приложил правую руку к крупу Громкого и также тихо произнес слово-ключ. Громкий благодарно заржал и побежал быстрее.
А вот и родная Тулуза! Стражи на воротах прибавилось. Я сбавил ход и пристроился в очередь из крестьян. Моя одежда и телега никак не тянули на благородное происхождение. И хорошо, что не тянули, ну какой из меня Анри Де Рафурсе, наследник владений Рафурсе? Да никакой! Вот пусть они тоже так думают, мне еще жизнь дорога. Попадаться в руки прихвостней папы Иннокентия или катарам совсем не хотелось. Знамо как они еретиков обнаруживают. Про магию, колдовство и чароплетство я уже и не говорю. Причем, что для одних, что для других – ты по-любому еретик и пособник дьявола, а также владелец земли, которую можно подгрести! А что нужно делать с еретиками? Правильно – жечь! Нет, я, кажется, окончательно согрелся.
Подъехав к стражникам, попытался прикинуться скорбным. Старший принял плату и заставил перекрестится.
- Кто и откуда? – Помощник тем временем осматривал телегу.
- Анри из деревни Леберг, приехал по поручению старосты купить лекарств и муки.
- Чисто! – Помощник отошел от телеги, но продолжал пристально смотреть на коня. – Что-то у Вас месье конь больно породистый?
- Да откуда такая подозрительность? Просто, вы же знаете как трудно от Ло до Тарны добраться на обычной кляче. Вот Вук, дай Бог ему здоровья, староста наш, мне своего скакуна и дал.
- Ладно, проезжай. Только катарам, смотри, не попадайся, вижу ты парень не при новостях местных.
- А случилось что? – Попытался изобразить дурацко-озабоченное выражение лица. Почти получилось. Даже Громкий мне поверил.
- Говорят папа Иннокентий направил крестоносцев. Всю осень по-тихому собирали рыцарство северо-запада под руководством Де Монфора и сейчас, когда никто не ожидает выдвинулись в сторону Безье. Как снег утихнет, так сразу и нападут.
- Да кто ж зимой воюет? – Вид я должно быть имел потрясенный. Я думал, что время у нас есть. Но его уже не было.
- Такие времена пошли, а ты езжай, езжай, не задерживай очередь и старосте передай, чтобы готовились под стены либо Монтобана, либо Тулузы выдвигаться. А то все у вас пограбят, даже заметить не успеете.

Подъехал к постоялому двору Кошона, кинул мальчонку пятак и спрыгнул с козлов.
- Передай Кошону, что мастер Анри приехал и очень хочет тепла и еды.
Мальчонка убежал на постоялый двор, позвать конюха, а я осмотрелся. Город был похож на встревоженный улей. При этом народу стало заметно меньше. Наверное, многие уехали еще неделю назад из города, кто к родне, а кто куда. Главное подальше отсюда. Первым делом найти Горно. Если он сюда и приезжал, так точно должен был оставить повозку у Кошона. Пройдя через черный вход, поднялся сразу на второй этаж. Кошон переоборудовал одну из комнат в свой кабинет, где вел переговоры со всякого рода людьми, везущими контрабанду с Лионского залива через Лангедок. Постучав ради приличия пару раз, я отворил дверь. Внутри никого не оказалось. Подойдя к стене в номере постучал еще раз. Стена сбоку отъехала и на меня посмотрели поросячьи глазки Кошона.
- Кошон, ты оправдываешь свое честное имя! (прим. автора: во Франции фамилия Кошон («Свинья»).
- Что надо? – Кошон вышел из своего укрытия и прикрыл за собой секретную дверь.
- Какие мы вежливые сегодня, а как же «Месье Анри, добро пожаловать», «Месье Анри, чем могу быть полезным?».
- Мерде! Анри, выкладывай что нужно и убирайся!
- Обед и информацию.
- Хорошо. – Обвисшее тело Кошона упало в кресло. – Какого рода информация тебе нужна?
Я сел в кресло напротив и бесцеремонно налил себе вина. Наглость второе счастье, иногда перегоняющие на поворотах первое.
- Последние новости и заходил ли к тебе Горно.
При последних словах Кошон дернулся и тоже налил себе вина во второй кубок.
- Новости неутешительные. Монфор, этот напыщенный индюк, считает, что может покорить весь Юг и присвоить себе титул «Тулузского графа»! Наследственный титул! Не считая того, что дедушка нынешнего графа основал графство Триполи на святой земле при первом крестовом походе. Монфор десять лет сражался в святой земле и только девять лет назад вернулся в свои владения, укрепляя власть. Сейчас ему нужно больше. Катары ошиблись, рассчитывая на то, что смогут утереть нос папе Иннокентию. Они не учли один большой фактор – Симона IV Де Монфора. Филипп не призвал того на войну с Англией. Потому, что тот является пятым графом Лестером. Английским графом! Катарам будет противостоять большая армия. Ты же знаешь этих крестоносцев… - Кошон глотнул вина и посмотрел в окно. – Раз поддавшись вкусу наживы… Нет-нет, упаси Бог, говорить так обо всех… Но.. Ты же знаешь, Анри, сколько великого смысла в одном «но»…
- Ты такой милый, когда уходишь в патетику, но это тебе не идет. Давай дальше. А то я совсем одичал в нашем поместье.
- Монфора сдерживает только молчание Педро Арагонского. Если тот отправит инвеституру – то сюда хлынут войска. Но думаю тебе, хитрозадому ирладнцу, который смотался из Ирландии, когда Генри Плантагенет Короткий плащ пошел на завоевание твоей многострадальной родины, нечего беспокоится. Ты как всегда извернешься. – Змеиная улыбка на поросячьей физиономии Кошона смотрелась омерзительно.
- Откуда ты.. – Ему было приятно смотреть на мое вытенушеесе лицо.
- Ну же, Анри Де Рафурсе, приемный сын Блака Де Рафурсе, неужели ты думаешь, что у меня плохая шпионская сеть. Тебе повезло, что английский король умер быстрее, чем его длинные руки до тебя добрались. И вот ты решил спрятаться во Франции. Нашел этого старого маразматика Блака, заставил оформить бумаги на наследование поместья, похоронил свое старое имя. И все бы хорошо. Только Плантагенеты не прощают обид. И тут ты прокололся. Когда Раймонд VI в четвертый раз женился на Джоан Плантагенет, любимой дочери английского короля, ты проявил активность. Выполз из своей щели. Но я то все подмечаю, складываю два плюс два и по моей амбарной книги выходит много интересной информации. Ответь: чем ты обидел род Плантагенетов?
- Это не твое собачье дело!
- Ну-ну.. Вот только думаю, может Раймонду стоит намекнуть, что тут беглый преступник, который сильно насолил Плантагенетам, то есть роду его покойной жены, которая подарила ему его любимого сына? Думаю, чтобы заручится поддержкой в предстоящей войне из тебя выйдет отличнейшая разменная монета?
Рык у меня вышел отменный, а уж прижал я это дряблое тело к креслу с удвоенной силой. Мой локоть уперся ему в горло, а руки держали воротник.
- Ты, прожорливая свинья, смеешь мне угрожать?! – Да, он испугался. Такого он, наверное, не ожидал. Такие люди иногда понимают только язык силы.
- Нет.. – Я усилил нажим и резко отпустил руки. – Нет! Упаси Боже.. Только хотел предупредить – будь осторожнее.
- Я так и понял, что ты намекал на это… - Я постарался успокоиться.- А теперь послушай меня! Из рода Плантагенетов сейчас ныне здравствующий только король Англии Иоанн. А эта размазня, которой удалось испортить отношения со всеми до кого дотянулись руки, мне ничего не сможет сделать. Тем более он сейчас занят войной с Филиппом, нашим с тобой королем! И не думаю, чтобы ты какими-то задними путями пошел бы сейчас против законной власти, выдавая меня врагу короны. От рода Плантагенет скоро ничего не останется. И я могу сказать тебе, чем я их обидел. – Для пущего нагнетания обстановки я подался вперед вперив свой взгляд в его. Но он действительно меня разозлил. Вам когда-нибудь заглядывал в глаза маг? Могу сказать на собственном опыте – пробирает до костей. – Я наложил на Генри II проклятье рода. – Последние слова я прошипел. Да, проняло. Пот на жирном лице Кошона струится в три ручья. Но с учетом того, что оставаться в этой части материка я больше не намерен, можно позволить себе и такое похвальбство.
А зачем было захватывать мою Родину? Я и обидеться могу. Но тогда я был молод и юн. Хотя и сейчас я молод и юн. Маги живут долго, очень долго. А вот обижаются только по молодости. Проклятье вообще накладывать не рекомендуется. Потому, что оно будет довлеть не только над тем, на кого оно наложено, но и над тем, кто его наложил. Около тридцати лет назад Генри Второй вторгся в Ирландию. Умерли мои близкие и моя жизнь весела на волоске. Юного чародея решили прилюдно сжечь на костре, перед очами Его Величества. Есть такое понятие как Посмертное Проклятие. Дается один раз и навсегда. Но мне повезло, и я чудом остался жив. Проклятье дало сбой. А вот род Плантагенетов обзавелся своим личным кошмаром. И почему считается, что если убить мага, наложившего проклятье, оно снимается? Для того оно и Посмертное. Вообще запутанная история. Королевская династия от силы протянет еще пару веков, да и то в сплошных неудачах. Взять хотя бы нынешнего короля Иоанна. Сплошное недоразумение в короне с ушками. Но знать Кошону все это не обязательно.
- А теперь, тупой ублюдок, с обширной шпионской сетью, выкладывай, на счет моего друга Горно и молись, чтобы я не наведался к тебе снова!
Кошона трясло. Он попытался встать из мягкого и удобного кресла, но только расплескал вино по ковру. Потом сипло вздохнул и обреченно посмотрел на меня.
- Раймонд VII, сын графа, хотел тебя очень видеть. Как я теперь понял, он знает о проклятье. Для этого он пригласил в гости вашего стражника Горно. Он же сын Джоан Плантагенет, дочери Генри Короткого плаща! Он считает, что все неприятности, которые творятся в Тулузе как-то связаны с тобой.
- Урод… - Очень хотелось что-нибудь разбить, порвать на мелкие кусочки. Очень хотелось сорваться на этого гавнюка. Ведь это он разболтал обо мне. Больше некому. Десять глубоких вдохов, прикрыть глаза. А то моя злость может обернуться непроизвольным пожаром постоялого двора. Я забыл о предосторожности. Осмотрел Виденьем помещение, заметил троих людей за скрытой дверью. Пора было бежать. Но захотелось оставить за собой последние слово. И заговорил очень тихо. – Его неприятности связаны с тем, что руки не оттуда растут. С тем, что его папаша позволил катарам обосноваться тут, с тем, что нельзя быть мягкотелой добычей в наше время. Вот теперь пусть пожинают плоды. Я устал от политических интриг. Пусть они все дружно себе глотки перегрызут. Мне плевать. А теперь, Adieu!
Успеть выбежать в дверь, пока посетители Кошона не опомнились. Меня развели, как последнего идиота. Это была простая подстава. Франка была права. Зайти в лавку Белле, узнать у него, что Горно был у Кошона и оттуда не выходил. Понять, что тут засада и действовать по обстановке. А я, малолетний идиот, решил, что лучше знаю, как и что делать. Иногда мне кажется, что магический дар из нас четверых только у Франки и это дар предвиденья. Все это я успел обдумать, прыгая в сторону двери. Знаете, очень сложно выбираться из мягкого кресла. Я слышал, как трое людей копошатся за скрытой дверью, пытаясь разобраться в хитром замке. Кошон даже не встал помочь им, он сидел бледный и обтекал потом. Дернув ручку, я уже праздновал очередную победу. В коридоре за дверью стоял человек с арбалетом в руках, нацеленный на меня. Я резко дернулся к окну. Поднимать руки и ждать милости от нападавших было не в моей привычке. Живым мне от них, если сдамся, все равно не уйти. А жить почему-то очень хочется.
Когда прыгал к окну, молился только о том, чтобы арбалетный болт дернулся и промазал. Перезаряжать эту штуковину долго. Иногда мои молитвы бывают услышаны. Болт пролетел в футе от меня. И застрял в оконном косяке. В следующий прыжок выпрыгнуть в окно, а там будь что будет. Мой полет Икара в небо прервался около подоконника. В голову ударилось что-то тяжелое, после чего подбородок врезался в подоконник. Хорошо скорректировали мой полет. После резкой боли в челюсте наступила темнота.

URL
   

под стенами Тулузы

главная